...Вот, скажем, средних лет дама стоит иксом на бережку у Петропавловской крепости, подставляя бледному петербуржскиму солнцу бледное тело в румяном купальнике. Глаза дамы закрыты непрозрачными очками для солярия, а к мягкой панаме пришпилена бумажка с крупной надписью маркером: «Женщинам и без повода не беспокоить!»

Сейчас, прощаясь с О.Г.И., все говорят очень красиво. В основном, про уходящую эпоху. Но О.Г.И. — это не эпоха, это просто место, не самое удобное, не самое чистое, не самое вкусное. Просто это место было именно для нас. Такое же нелепое, и милое, и странное, и дурацкое, как мы сами. При этом мы сами постепенно менялись, а О.Г.И. — нет.

Американский профессор юриспруденции Сюзан Стоун расскажет о напряжении между универсальными правовыми нормами и национальным самосознанием, а также рассмотрит проблему взаимодействия религии и государства с точки зрения еврейского права и различных еврейских общественно-политических доктрин.

На всякий случай (потому что вы, конечно же, слышали): Таганский книжный фестиваль все-таки состоится.

В этом году стараниями проекта «Дома изнутри» один из майских уикендов был вновь посвящен изучению самых любопытных тель-авивских зданий. Из длинного списка архитектурных и дизайнерских жемчужин я попытался выбрать наиболее яркие — в прямом и переносном смысле — объекты.

«Колыбельная» состоит из трех новелл, каждая из которых рассказывает о холокосте емче и короче тысячи слов. Севела разговаривает со зрителем почти исключительно языком кинематографии, оставляя на весь фильм едва ли больше двух десятков реплик. Никто не произносит воззваний, не читает мораль, но выводы более чем прозрачны.

«Добраночь» и объединенная капелла Идишфеста: «История одной еврейской свадьбы».
Все подробности еврейской свадьбы – в лихом исполнении Мити Храмцова при мощной поддержке капеллы.

Остаются считаные дни до окончания приема заявок в Академический творческий лагерь «Самбатион». Если вы старшеклассник или студент, интересуетесь еврейской литературой, историей, этнографией — это для вас. А может быть, вы — папа или мама и ваш ребенок давно мечтает о еврейских исследованиях. В таком случае это тоже для вас.

В Шавуот евреи празднуют дарование Торы, хотя, справедливости ради, стоит уточнить, что в этот день они получили только Десять заповедей. Давайте же их вспомним.

В саду Файку уважали — слышали, что она один на один провела с мертвой целый день.
— Сильно страшно было? — спрашивали Файку.
— Нет, совсем нет, — пожимала плечами она.
— А как это — умереть? — не отставали дети.
— Нуууу…– закатывала она глаза к небу. — Нуууу… это… ложишься, в общем, на пол и умираешь.

«Хаус» закончился, но я уверена (чтоб мне загнуться от волчанки): на его место придет новый Хаус. Может, в новом воплощении он будет без костыля или вообще женщиной. Но он обязательно будет, ведь людям так нужен кто-то, чтобы бороться за них со смертью. И еще больше — с бессмертием.

Мы вспоминали, как в детстве нам ставили горчичники. И кто-то сказал: «Это, конечно, было неприятно, зато потом тебя утешат, дадут вкусненького…» И я радостно подхватила: «Да! И еще скажут — вспомни про Муция Сцеволу или Жанну д’Арк». Папа именно так меня и утешал во время всех этих неприятных, но необходимых детских процедур.

Осел! Как много в этом звуке… Хотя библейских первоисточников, утверждающих доминанту ишака, не так уж и много; по копытам пересчитать можно. Самое главное из свидетельств, что Царь-Помазанник (сиречь Мошиах = Мессия = Христос) воспользуется именно этим животным, содержится в Книге малого пророка Захарии: «Радуйся дщерь Сиона, ликуй дщерь Иерусалима: вот Царь твой грядет к тебе, праведный и спасающий, он беден и восседает на осле, и на осленке, сыне ослиц».

На теле этого человека сотни укусов и шрамов, и он рассказывает о них с той же непосредственностью, что и о шрамах душевных: мальчик, выросший без отца, обиженный на мать и на деда за то, что они слишком рано его покинули; юноша, брошенный девушкой, мужчина, уходящий от собственных женщин и детей в стаю волков.

Из очередного выпуска бесед «Нью-Йоркские перекрестки» мы узнаем, почему Линор завидует животным и в какую зверушку она хотела бы перевоплотиться в следующей жизни.